Перекрёсток 2
Глава 4
Проекты идеальных городов – садов разрабатывались в разные времена и в разных масштабах. Эта «схема счастья» оставалась в умах и бумагах реформаторов, не находя комплексного исполнения в жизни. И только ум, прозорливость и настойчивость Ле Корбюзье позволили, в определённой мере, осуществится его теории города «живой машины».
Корбюзье и другие модернисты, освободив, оголив функции, проинспектировав их на свободной территории, ответили запросам общества в жилье, обслуживании, развитии.
Эта «стерилизация» общества философскими догматами, пропагандирующими «счастье» при уничтожении «человечности», привело к созданию оголённых структур в градостроительстве, искусстве, общежитии, с целью исследования и развития.
Абстракционизм в живописи, дизайн, торговые молы и транспортная инфраструктура – совершеннейшие достижения человеческого общества возникли в процессе общей функциональной специализации ХХ века. В градостроительстве это обернулось отказом от улиц, сковывающих свободное развитие.
Пренебрегая индивидуальностью каждого, модернисты ответили на запросы общества в развитии, что сейчас крайне необходимо бедным, зависимым странам. Они не добьются хлеба, пока не освободятся от оков своих многофункциональных улиц.
При этом нет необходимости уничтожать сложившийся контекст старых городов. Выборочно, с внесением ландшафтных пространств и современной инфраструктуры в спонтанную застройку, нужно придавать им современный импульс развития.
Для жилья, по бесценному опыту модернистов, необходимо оставить свободные, зелёные территории и отдельные высотки. Этот градостроительный принцип в большей или меньшей мере, был использован в СССР и дал значительный импульс в обеспеченности жильем, освоении и благоустройстве территорий.
Место перекрёстков на улицах должны занять дубравы.
Природу даже Лениным не испортишь, нужно только впустить её в город - считает архитектор Евгений Чемёркин, и с ним трудно не согласиться по этому пункту. А по другим - возможны варианты.
Итак, наконец-то я могу прокомментировать статью Евгения Чемёркина. Мне кажется очень важным то, что он отстаивает градостроительные достижения модернистов и, в частности, Корбюзье, которые часто обесценивают. Мне кажется правильным путь постепенного внедрения зелёных зон и стремление убрать транспорт. Но я не согласна с идеализацией жизни в малых городах, где якобы хорошо, потому что люди довольствуются малым. Я видела малые города в Калифорнии и недавно съездила в Лапеенранту, так что думаю, дело не в самоограничении.
Нужно принять как догму, что город с численностью населения более 30 тысяч- агрессивная человеку среда. Разными способами ее можно сделать чуть менее агрессивной. В первую очередь нужно частный транспорт заменить общественным и уменьшить в разы ( в наших новых районах мегаполисов в десятки раз) плотность населения. Но реально, у нас ( в стране монополий), это выполнить невозможно.
Чтобы не идеализировать жизнь в малых городах, нужно в них попробовать жить и работать.
Александр, я живу на Гражданке, в микрорайоне, спланированном еще при СССР и, по счастью, не затронутом точечной застройкой. Это практически то же самое, что и город с 30 000 населения с единственным, но важным отличием: до Невского 40 минут)
Вот и я о том.Нужно менять систему расселения и вернуться к идее России – страны тысячи городов( ранее маленьких поселений) находящихся в единой( неразрывной ) системе природных ландшафтов. Скоростной общественный транспорт решит проблему коммуникаций и духовных потребностей. укрупнение городов ( что мы наблюдаем у нас) и унчтожение провинции ведёт к вырождению .
Александр, совершенно согласна. Не надо в идеале выбирать между амбициями и гуманной средой. Вполне можно и нужно совмещать одно с другим.
В статье говорится о трёх, из множества, на мой взгляд, явлениях.
Жизнь человека в оторванном от естественной среды городе и возможность реанимации этой среды тотальным внедрением природных комплексов,
Делается посыл к функционалистам, разбившим градостроительный процесс на пространственно-функциональные зоны для их исследования и благоприятного применения, особенно в развивающихся странах.
Целостность жизнедеятельности малых городов, при удовлетворении скромных потребностей их жителей, живущих в традиционном укладе в окружении богатой природы.
Малый город – резервация исторически сложившегося быта. Это нельзя уничтожать. В недавние Советские времена, при насильственной социализации общества, панельные пятиэтажки в поле, демонстрировали итог этого процесса.
А возможность использования приёмов концептуального искусства для гуманизации пространства больших городов, отдельный разговор.