Национальный вкус: 5 значимых зданий 2025 года

США

Соединённые штаты упомянуты не случайно: казалось бы, в этой огромной стране нет всеохватной архитектурной традиции, к которой можно было бы припасть. Зато есть, с одной стороны, славная история функциональной индустриальной архитектуры, а с другой – общенациональная тяга к гигантизму (взять, хотя бы, Дисней-ленд).

На этих двух ногах и держится известный американский тренд: реновация крупных промышленных зданий, вокруг которых строят грандиозные культурно-развлекательные кварталы. Бросающейся в глаза отличительной чертой тут является именно размер. Однако не менее важно, что проектировщики не только не стесняются грубоватой разноголосицы, характерной для заброшенных заводов, но и любуются ей как традиционной ценностью.

Отличным примером может служить построенный с нуля по проекту знаменитой архитектурной компании Populous и открывшийся в 2025 году спортивный центр Университета Вандербильдта. Снаружи здание с супер-современной многоуровневой планировкой и начинкой напоминает адаптированную фабричную конструкцию, асимметричную и брутальную. Это самобытная американская архитектура во всей её красе.

Иран

В Иране в прошлом году построили новый вход для станции метро Jahad в Тегеране. Проект разработан, пожалуй, самой известной иранской архитектурной мастерской KA Architecture Studio, возглавляемой не менее известным архитектором Мохаммадом Хаварианом (Mohammad khavarian).

С градостроительной точки зрения это, вполне скромное, сооружение открывает новую страницу в истории послереволюционного столичного города, где со времени ликвидации монархии пешеходы просто-напросто игнорировались.

Jahad Metro plaza – первая современная площадь, пространство для свободного общения в оазисе, окружённом проезжими дорогами и, одновременно, доминанта, собирающая воедино хаотично застроенные окрестности. Она хороша и сама по себе, вне исторического контекста и отсылок к традиции. Однако они есть.

В отличие от США, Иран располагает архитектурной историей длиной в 5000 лет – разумеется, весьма разнообразной, так что зодчим есть из чего выбрать. Заметно, что произведение KA Architecture Studio явно апеллирует к монументальным объёмам, характерным для строений в пред-персидском стиле. Вместе с тем, здесь использованы популярные в мусульманской архитектуре арки. При этом в целом – никакого ретро, и даже наоборот… …

Япония

В Японии есть архитекторы, которые прямо провозглашают, что их кредо – возрождение приёмов национальной архитектуры, однако архитектурная мастерская Kumi ARCH не принадлежит к их числу. Тем не менее по её проекту в 2025 году был построен жилой дом в Осаке, представляющий собой примечательное воплощение древних принципов в новых условиях, причём весьма суровых.

У дома под названием “Башня света” (Tower of Light) почти нет окон, поскольку он стоит в густонаселенном жилом районе, рядом с дорогой и близко к соседним домам. Заказчик хотел дом-гараж и получил его, но кроме того – пространство между полом и потолком, залитое естественным светом, поступающим через верхнюю часть лестницы в центре здания.

Этажи с восточной и западной сторон разделены так, чтобы между уровнями образовались зазоры, через которые проходит свет и воздух. А зимой через лестницу теплый воздух в комнаты поступает из кондиционера, расположенного под первым этажом.

Продуманная простота интерьеров Tower of Light, спроектированных с учётом имевшейся у заказчика мебели, и обаяние пространства, разворачивающегося внутри зажатой в тесноте городской застройки коробочки, несут в себе переосмысленные, но узнаваемые архетипические черты японского дома, который оказался поразительно живучим. Есть чему позавидовать.

Чили

В Чили живёт и практикует глубоко погружённая в этническую архитектуру Cazú Zegers. Однако есть и другая, не менее интересная нота, другая нить, связывающая сегодняшний день с историческим наследием Чилотана: деревянными жилыми домами на сваях, которые строили на юге Чили, а также деревянными интерьерами колониальных церквей.

Спроектированный архитектурной студией Espiral Arquitectos одноэтажный односемейный дом построен из дерева на основе сетки, определённой его конструкцией. Она, в свою очередь, определяется вертикальными осями, расположенными на расстоянии 122 см друг от друга (для оптимизации товарной длины древесины). Это деревянные колонны, излюбленный элемент чилотанских построек. Архитекторы придали им изящество, свойственное колониальной архитектуре, однако не забыли и про грубоватые сваи, защищавшие исторические жилища от влажного климата. С их помощью “Дом под соснами” (Casa en los pinos) вписан в рельеф так, чтобы свести к минимуму воздействие на землю.

Каркасы для модульной системы собирались на месте, а не на фабрике, “что ускорило последующий процесс сборки и строительства, снизило уровень влажности и сократило общее время строительства”. Древесина тоже, само собой, местная. А красота приёма говорит сама за себя.

Марокко

При реновации площади Лалла Йеддуна, признанной объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО (Медина Феса, Марокко), у проектировщиков из Mossessian Architecture и Yassir Khalil Studio не было выбора: они были обречены на контекстуальную архитектуру.

Концепция новых зданий черпает вдохновение из традиционного марокканского риада — дома, организованного вокруг центрального двора, который служит связующим звеном между общественным и частным пространством. Риад метафорически обозначает общественную площадь в центре здания.

Вместе с тем, для отделки новостроек использован традиционный и знаменитый марокканский зелидж в новой трактовке – в виде крупных плит с узором без бесконечных повторов основного мотива. Они появились на фасадах, обращённых во внутренние дворы и проулки, так что не выламываются из среды.

При этом архитекторы и конструкторы уделили большое внимание “устойчивости” в современном понимании этого термина:

В реализованном проекте используется подземная система подземных лабиринтов, забирающая наружный воздух, обеспечивая его циркуляцию и естественное охлаждение перед распределением в помещениях, что обеспечивает умеренные температуры как летом, так и зимой и снижает зависимость от механического кондиционирования воздуха.

Кроме того, все стены двойные, чтобы естественная вентиляция обеспечивала теплоизоляцию от внешней среды. А крыши превращены в подвесные сады, что дополнительно помогает смягчить перепады температур внутри зданий.

Эта работа доказывает, что творческая переработка наследия уместна даже там, где оно правомерно определяет правила игры.

Даже поверхностный обзор архитектурных поисков и находок позволяет заметить, что обращение к национальной традиции во-первых, выливается в самые разные, но одинаково успешные формы, а во-вторых, повсеместно соединяется с утверждением принципов устойчивой архитектуры. Причём не только по моральным, но и по прагматическим соображениям.