Praemium Imperiale 2026 получил бывший беженец Даниэль Либескинд
На детской фотографии нынешний лауреат самой престижной японской премии в области изящных искусств запечатлён с губной гармошкой. Он играет во дворе, подальше от соседей по дому. Про архитектуру сын рабочих не знал ровным счётом ничего и, возможно, не узнал бы, если бы евреям не пришлось бежать из Польши. И на том спасибо: Даниэль Либескинд всегда называет себя польско-американским архитектором.
Архитектор Даниэль Либескинд, фото © Ishmael Orendain.
Либескинд справедливо считается отцом деконструктивизма, однако сам архитектор не в восторге от этого термина. На международной онлайн-встрече, организованной журналом Architizer, он подчеркнул, что название, некогда придуманное другом-философом и подхваченное прессой, слабо отражает сущность архитектурного направления. Ведь “деконструктивизм” в буквальном понимании означает разрушение, а архитектура, даже очень непривычная, это всегда созидание. И даже косые балки в знаменитом берлинском музее Холокоста — не только формальное, но и конструктивно оправданное решение.
Подчёркнутая асимметрия построенных по проектам Либескинда зданий, действительно, отражает сдвиг в окружающем мире, но это не крах, как может показаться пессимисту, а момент динамического равновесия, сопровождающий превращение гусеницы в бабочку. Это неочевидно, потому что не всякий может и хочет смело взглянуть в лицо реальности. В этом аспекте восприятие деконструктивизма вполне соотносится с восприятием современного искусства. Замечательный американский дизайнер Джордж Нельсон писал, что люди, которые не принимают современное искусство, на самом деле не принимают мир, который оно отражает.
Сам Даниэль Либескинд считает, что ему повезло, и это правда. В его лице мы видим “бумажного” зодчего, которому удалось реализовать свои ни на что не похожие проекты. Хотя он не прошёл выучку у мэтров, и первое бюро, в котором ему довелось работать, было его собственным, организованным в партнёрстве с будущей женой спустя несколько месяцев после знакомства. И да, родители, не мешавшие сыну получать непонятное образование, и сохранившийся до сих пор брак, и заказчики, способные смириться с перфекционизмом — всё это часть огромной удачи. Однако не личной, а общечеловеческой, пусть даже её осознают не все.
Леонард Коэн в одной из своих песен упоминал, что смысл трещин, которые есть во всём, заключается в том, что они пропускают внутрь вещей свет. Архитектура Либескинда во многом и работает по этому принципу — она ломает привычные плоскости, чтобы впустить в них новые смыслы.
Не все знают о том, что Либескинд — настоящий фанат макетов, построивший за свою жизнь множество сложнейших моделей, нередко — огромного размера, часть из которых утрачена после выставок. Более очевидно, что Либескинд — увлечённый и изощрённый график вроде Якова Чернихова, который проводит время между заказами, рисуя пером несусветные композиции, и настаивает на том, что это очень полезная часть работы... И ещё он не любит говорить о прошлом, потому что есть будущее. И он весёлый!