Общественное пространство на форуме Место и люди
Дискуссия «Проектирование реальности. Архитектура и дизайн среды», состоявшаяся 13 июня в Петербурге на форуме “Место и люди”, началась с цитаты. Модератор Наталия Белякова* процитировала сэра Норманна Фостера, некогда заявившего, что “Архитектура – это выражение ценностей: то, как мы строим, является отражением того, как мы живем”.
Зал высотой в 7 этажей прежде был котельной хлебозавода
Мостик в действительность, как выражались советские журналисты, был перекинут с помощью высказывания отечественного зодчего Евгения Герасимова, перечислившего практические факторы, определяющие состояние архитектуры. Слова архитекторов прозвучали почти в унисон, если не учитывать того, что англосакс констатировал достижения, а россиянин, скорее, оправдывал изъяны – как говорится, не мы такие, а жизнь такая.
Что верно только отчасти: в отличие от литературы, временами блестяще отражающей отечественную жизнь, какой бы она ни была, российская архитектура служит зеркалом вовсе не для реальной жизни, а для её идеализированной картины. Будь то классицизм, имитировавший порядок в огромной и слабо управляемой стране или многократно осмеянные замки 90-х годов прошлого века, символизировавшие защищённость, которой не было нигде. Не говоря уже про сталинский ампир.
Эта традиция распространяется и на градостроительство, поэтому неудивительно, что само понятие общественного пространства трактуется ситуативно: мы втискиваем в него и благоустроенные дворы, куда можно проникнуть только по таблетке, и общедоступные парки. А также – культурные центры, вроде только что открывшегося в здании бывшего хлебозавода на Левашовском проспекте, где, собственно, и проходил форум.
По некоторым источникам этот образчик конструктивизма был спроектирован при участии великолепного Александра Никольского. А за реконструкцию объекта отвечает Евгений Герасимов, классик при жизни во всех смыслах слова, который, будучи вытесненным за привычные стилистические пределы, убедительно продемонстрировал свой неординарный талант.
Впрочем, в качестве спикера мэтр высказался в защитно-консервативном духе: он начал с того, что если общественное пространство – это место, куда у любого есть круглосуточный доступ, то мало кто захочет наблюдать его под окнами, продолжил ссылкой на лондонские частные парки (не надо стесняться запоров и заборов) и завершил констатацией того, что зонирование, отделяющее внешнюю публику от местных, достойный выход.
А роль прогрессиста, как ни странно, сыграл бывший главный архитектор Санкт-Петербурга Олег Харченко (Урбис-СПБ), вспомнивший, как ещё в СССР, проектируя гигантский район Ржевка-Пороховые, архитекторы запланировали общественные пространства, то есть общедоступную среду для отдыха и общения. Их, разумеется, “зарезали”, но представления о том, что такие места необходимы городу, сформировались и живут до сих пор – несмотря на то, что на практике насущная потребность превратилась в роскошь.
Ему же принадлежит и самый дельный из немногочисленных в силу быстротечности времени вопросов. Прослушав интересный и даже вдохновенный рассказ главного архитектора ГК «А101» в Санкт-Петербурге Елизаветы Гречухиной, где упоминалась площадь внутри жилого комплекса “Скандинавия” (Москва), господин Харченко спросил – “за счёт чего?” и получил ответ – за счёт квоты для зелёных насаждений.
Завершилась панель блицем на тему “без чего невозможно общественное пространство”, причём отвечать “без людей” модератор запретила, поэтому спикеры упомянули и профессионалов, и стратегию, и даже любовь. Правда, про общество почему-то никто ничего не сказал.
*Наталия Белякова – партнёр Ассоциации развития общественных пространств “Место и Люди”, старший научный сотрудник Центра территориального и городского развития РАНХиГС (Москва) и Institute of Place Management (Манчестер)
Не факт, что участники дискуссии хотели спорить, но столкновение мнений всё равно получилось, и это было интересно.